Книга Ментальные ловушки на работе от Марк Гоулстон
Глава 15
Неспособность прощать
«Самая сильная месть – это прощение».
Джош Биллингс
Худшего способа уволиться с неплохой работы и придумать было нельзя. Арлин, семь лет проработав бухгалтером в машиностроительной компании, «наконец» высказала своему начальнику все, что накопилось у нее на душе. Она во всеуслышание, перед всем отделом, заявила, что больше не собирается работать на него и на компанию, которая так и не удосужилась обеспечить сотрудницам защиту против сексуальных домогательств.
Ее буквально трясло, но она все равно гордилась собой, когда ушла с собрания и вернулась в свой офис. Буквально через пять минут к ней зашли двое охранников и начальник отдела кадров – выдали ей картонную коробку и предложили собирать вещи. Пока она под надзором трех человек упаковывала свои пожитки, ее (теперь уже бывшие) коллеги перешептывались. Затем у нее забрали пропуск и отконвоировали к выходу – перед взором дюжин шокированных сотрудников, собравшихся посмотреть, что происходит.
Арлин была не просто унижена – она была в ярости. Бесцеремонный «конвой» охранников и кадровика только подлил масла в огонь ее гнева. Вернувшись домой, она первым делом позвонила в редакцию местной газеты и детально описала случившееся. Затем позвонила своему юристу. Она поклялась «отомстить любой ценой» (слава богу, до стрельбы дело не дошло – хотя бывает и такое).
С тех пор прошло три года, но Арлин – мать‑одиночку с двумя детьми – по‑прежнему снедают гнев и бессильная злоба. Ей до сих пор кажется, что с ней обошлись не просто нечестно, но откровенно по‑хамски, особенно если учесть, сколько лет она отдала этой компании. Ее гнев настолько силен, что даже дети страдают от него – она всецело поглощена отрицательными эмоциями и на детей времени не остается.
С прошлым проститься трудно. Мелкие оскорбления (например, когда вас подрезают на шоссе) раздражают нас, но большинство не впадают от них в неконтролируемую ярость. Серьезные же оскорбления могут отравить всю нашу жизнь на долгие годы. Я видел людей, которые настолько поглощены ненавистью к своим супругам, что даже после развода продолжают кипеть от ярости.
С другой стороны, когда я думаю о тех, чьи дети были убиты и они должны взглянуть в глаза убийцам, меня бросает в дрожь. Как, как этим людям удается жить дальше? Удивительно, но их секрет – в прощении. Они знают, что единственный выход – жить дальше. И эти люди вызывают у меня глубочайшее уважение.
Когда на работе с вами происходит что‑то плохое, стыд, отчаяние и гнев не менее искренни, хотя и гораздо менее интенсивны. Я не хочу сказать, что Арлин следовало и дальше молча терпеть – вовсе нет. Однако с последствиями она могла бы справиться гораздо лучше.
«Умение прощать – свойство сильных. Слабые не прощают».
Махатма Ганди
Конечно, на работе хватает плохого – от бестолковых правил и жадных начальников до сомнительных с точки зрения морали обычаев или просто враждебности со стороны коллег. Большинство людей терпят все это ради зарплаты (и это – причина многих других проблем). К счастью, большинство компаний идут навстречу своим сотрудникам, если те чувствуют, что с ними обошлись несправедливо, и стараются искоренить проблему в зародыше, пока она не превратилась в угрозу фирме. Разница между Арлин и более успешным работником в том, что у него нет потребности чувствовать себя уязвленным и он способен найти более действенный способ решения своих проблем.
Так почему же вы продолжаете кипеть от злости? Если честно, то потому, что вам это нравится. Вам нравится чувствовать себя несправедливо оскорбленным, нравится ощущение «благородного гнева». Гнев позволяет с чистой совестью игнорировать попытки диалога и альтернативные точки зрения, как если бы вы надели наушники и включили громкую песню о собственной правоте, заглушающую всех остальных. Быть правым – пугающе приятно.
Мне очень жаль это говорить, но неспособность простить – это бумеранг, который гарантированно вернется и ощутимо стукнет вас по голове. Каждый раз, когда вы концентрируете внимание на тех, кто вас задел, вы игнорируете тех, кому вы небезразличны. Каждый раз, когда вы не обращаете внимания на хороших людей в своей жизни, злодеи побеждают. К примеру, Арлин теперь работает на гораздо менее престижной работе и получает вдвое меньшую зарплату. Судебный иск к бывшим работодателям все еще блуждает где‑то в чреве судебной системы, а все ее сбережения потрачены на услуги юристов. Ее прежний начальник до сих управляет компанией, и больше никаких обвинений в сексуальных домогательствах ему предъявлено не было. Когда бывшие коллеги решили позвонить и справиться о том, как у нее дела, Арлин разразилась длинной и яростной тирадой, которая их неприятно удивила. В конце концов, они‑то не уволились, да и много времени прошло. В итоге про нее просто забыли.
Неспособность простить – это боль, которая никак не утихает. Она настолько въелась в вашу душу, что если вы решите забыть о болезненной ситуации, то не будете знать, что делать. Скорее всего, вы потеряли недели, месяцы или даже годы, упиваясь собственным гневом. Какая бессмысленная трата вашей единственной жизни!
Если вы хотите достичь успеха, начните с освобождения себя. В этом заключена вся ирония: прощение не имеет никакого отношения к другим. Прощая других, вы освобождаетесь сами. Если вы хотите двигаться дальше и достичь успеха, забудьте о гневе.
«Чтобы простить, нам необходимо выплюнуть крючок».
Доктор Эд Халлоуэлл
Суть прощения – в понимании позиции вашего оппонента. Вполне вероятно, им также управляют пораженческие инстинкты. Спросите себя: «Почему он поступил так, как поступил?» Вы будете приятно удивлены, когда осознаете, что невозможно злиться на человека, в то же время ставя себя на его место. Причина этого в том, что, когда вы пытаетесь понять, вы задействуете высшие функции своего мозга, а когда злитесь – используете базовые, реакционные функции. Научиться прощать не так уж и сложно, хотя и требуется определенная практика. Ритуализация – отличный способ научиться прощать. Указанные ниже необходимые шаги будут эффективными, если вы будете часто практиковать их.
Полезное пояснение. Если вы ищете повод простить – вы его найдете. Если ищете повод не прощать – тоже. Все зависит от того, что именно вы ищете.
Необходимые шаги
1.Подумайте о ком‑нибудь, кого вы не можете простить. Оцените свой гнев по шкале от 1 до 10 (1– вы совершенно не злитесь, 10– вы мечтаете, чтобы ему на голову упала чугунная наковальня).
2.Спросите себя: «Почему они поступили так, как поступили, именно в тот момент?»
3.Ответ оформите, заполнив форму: «Они поступили так, потому что, и сделали это именно в тот момент, потому что».
4.Если ваш оппонент не совсем законченный злодей, то вы, вероятнее всего, обнаружите, что его действия были скорее способом борьбы с собственными проблемами, нежели беспочвенным нападением на вас лично.
5.Теперь снова оцените свой гнев. Скорее всего, оценка будет ниже.
6.Если так и есть, спросите себя, хотите ли вы: а) понизить ее еще ниже; или б) вернуться к прежнему положению вещей и ненавидеть по‑прежнему. Если вы выбрали первый вариант, продолжайте искать общие черты, которые позволят вам лучше понять своего оппонента. Если же вы выбрали второй вариант, то возможно, что проблема кроется в вас – вы просто не хотите простить своего противника. Остановитесь и измените свое отношение – ни к чему хорошему оно не приведет.
7.Вслух откажитесь от своего гнева. Ярость – демон, который может полностью захватить контроль над вами. Верните себе свою жизнь.
Глава 16
Паника
«Вы можете побороть практически любой страх, если зададитесь такой целью. Помните: страх существует исключительно в вашем разуме».
Дейл Карнеги
Боб Экерт, глава Mattel, Inc., рассказал мне о том, как однажды чуть не поддался панике. Был воскресный вечер 1990года, и35‑летний Экерт, возглавлявший тогда отдел вKraft Foods, тщетно пытался отвлечься от мрачных мыслей, следя за футбольным матчем по телевизору. Над ним нависла тень катастрофы, грозившей уничтожить его карьеру на корню. Статья вChicago Tribune обвинила его во вздувании цен. Реакция публики была мгновенной и ошеломительной. «Юристы заговорили о возможном предъявлении обвинений компании Kraft в монопольной политике, и многие бизнес‑издания написали, что в ближайшем будущем компанию ждут увольнения на высшем уровне,– вспоминает Боб.– И в первую очередь уволили бы меня. Страх провала был во мне так силен, что я ощущал его физически». Он смотрел матч и чувствовал себя мячом, по которому вот‑вот пнут изо всех сил.
Боб далеко не единственный человек, столкнувшийся с подобной ситуацией. Любой человек, переживший приближение неизбежной катастрофы, прекрасно поймет, каково ему было. Вы чувствуете себя так, словно стоите на тонком льду посередине озера, и только что услышали ужасающий треск. Вы замираете, парализованный страхом, и ждете кончины в ледяной пучине.
Что происходит, когда вы до такой степени напуганы? Ваше воображение работает на полную катушку, и резкий приток адреналина заставляет подскочить сердцебиение и давление. Ваш мозг буквально затапливает гормоном страха, и он начинает искать причину подобной физиологической реакции. То есть ваше тело заставляет вас чувствовать то, чего на самом деле нет. И поэтому вы ощущаете себя в опасности, вне зависимости от того, что говорят вам окружающие. Когда это происходит, вы напрягаетесь, становитесь раздражительны, слишком уязвимы, вам трудно концентрировать внимание и принимать решения.
«Что такое наши страхи, как не призрачные голоса, шепчущие слова угрозы, когда никакой угрозы нет?»
Уильям Вордсворт
Как взять себя в руки и вырваться из порочного круга паники?
Главное – вернуть разуму контроль над собой. Для начала скажите себе (успокаивающе, но твердо): «То, что тебе страшно, еще не означает, что ты и в самом деле в опасности. Перестань себя накручивать».
Чтобы разорвать панический цикл, постарайтесь отстраниться от пугающих мыслей. Закройте глаза и несколько раз глубоко и медленно вдохните носом (большинству людей этого достаточно, чтобы перестать паниковать). Возьмитесь за какое‑нибудь рутинное дело – например, попробуйте разгадать кроссворд. Также хороши и физические упражнения – скажем, 20‑минутная прогулка. Затем вернитесь к работе, но продолжайте заниматься обычными, банальными вещами: редактируйте отчет, сделайте не очень важный телефонный звонок – сейчас ваша задача – удержать себя в нейтральной зоне.
Когда вы немного успокоитесь, возьмитесь за сложное, но не пугающее дело – такое, по завершении которого вы будете чувствовать, что достигли чего‑то важного. Причин для этого две. Во‑первых, взявшись за сложное, но эмоционально нейтральное дело, вы подсознательно докажете себе, что, даже если вы до смерти напуганы, вы все равно способны двигаться. Во‑вторых, сделав что‑то важное, несмотря на охвативший вас страх, вы значительно повысите свою самооценку.
«Действие – великий восстановитель и созидатель уверенности. Бездействие – не только результат, но и причина страха. Возможно, ваши действия будут успешными, а возможно, их придется продолжить другими действиями или в чем‑то подправить. Но любые действия лучше, чем полное бездействие».
Норман Винсент Пил
Когда катастрофа, которой вы так боялись, так и не наступает и кризис проходит, а вы понимаете, что не только выжили, но и сделали что‑то полезное и конструктивное, вы волей‑неволей будете хорошо думать о себе.
Боб Экерт так и поступил, взяв пример сСэма Уитча, энергичного и изобретательного тренера «Цинциннати Бенгалс», за чьим матчем он наблюдал тем воскресным вечером. «Бенгалс», в прошлом году выигравшие Суперкубок, только что проиграли девятый в сезоне матч. Уитча вызвали на ковер, и всем было ясно, что в ближайшее время ему придется искать новую работу. Один из журналистов попросил его: «Во вторник вас уволят. Расскажите нашим зрителям об этом». Уитч, глядя в камеру, ответил: «Вы знаете, что меня уволят. Я знаю, что меня уволят. Но это не важно. Что важно, так это помочь команде стать лучше, пока у меня еще есть время».
Экерт был в шоке. «Казалось, что он говорит все это именно мне»,– рассказывал он. Следующим утром он отправился на работу, смирившись с тем фактом, что его скоро уволят, но при этом решившись за оставшееся время максимально помочь компании. Вместо того чтобы паниковать и ждать, когда небеса рухнут на землю, он погрузился в работу и в результате помог Kraft справиться с кризисом.
Думаю, не нужно говорить, что никто Экерта не уволил. Он продолжил работать на эту компанию, стал ее президентом и главой совета директоров, а затем перешел на высокий пост вMattel, Inc.
«Из всех советов, которые я когда‑либо получал, этот – самый лучший,– впоследствии делился со мной Экерт.– Возможно, потому, что когда ты один и не уверен в себе, паника может захлестнуть тебя и полностью парализовать. Но когда кто‑то находящийся в точно такой же ситуации демонстрирует решительность, он может вдохновить тебя последовать его примеру. Совет Уитча помог мне преодолеть страх провала. Он до сих пор помогает мне».
Полезное пояснение. Когда вы концентрируетесь на том, что надо сделать, и просто делаете это, то забываете о своем страхе.
Необходимые шаги
1.Когда в следующий раз на работе вас охватит паника, скажите себе: «Твой организм только что выбросил в кровь кучу адреналина. Твой пульс и давление подскочили именно поэтому. Ты прислушиваешься к своему телу, а не к своему мозгу, и из‑за этого тебе кажется, что ты в опасности. Скорее всего, все по‑прежнему обстоит вполне нормально». Затем бросьте то, чем вы занимались, и быстрым шагом выйдите на улицу или пару раз пробегитесь вверх‑вниз по лестнице. Возьмите свое тело под контроль, делая что‑нибудь банальное, рутинное и эмоционально нейтральное.
2.Когда вы почувствуете себя спокойнее, задайте себе вопрос: «Что мне фактически известно о сложившемся положении? Что конкретно убеждает меня, что следует ждать чего‑то плохого?»
3.Затем скажите себе: «Время покажет».
4.Когда вы почувствуете себя еще спокойнее, спросите себя: «Что мне необходимо сделать прямо сейчас?» Найдя ответ на этот вопрос, просто возьмитесь за это дело.
Глава 17
Не сдавайтесь слишком рано
«Большинство самых значительных достижений в мире было совершено людьми, которые не оставляли своих попыток даже тогда, когда, казалось бы, исчезла последняя надежда».
Дейл Карнеги
Льюиса природа не обделила ни талантом, ни умом, ни обаянием. Человек с художественным образованием, он был еще и отличным агентом по продажам. Он обладал отлично подвешенным языком: его мать часто говорила, что он способен «продать снег эскимосу, а песок – верблюду». Куда бы он ни поступал на работу – в дизайнерское бюро, банк, торгующий художественными принадлежностями магазин или школу – все его обожали. Каждый день он пулей летел на работу, завел кучу друзей и преуспевал во всем. Начальство было от него в восторге, да и сам Льюис казался счастливым. Однако через несколько недель или месяцев над ним начинали сгущаться тучи. Приходя с работы, Льюис жаловался жене, что начальник явно не понимает, как управлять компанией, или что кто‑то из его коллег халтурит, а ему приходится все за ними переделывать. Чем дальше, тем больше становилось подобных жалоб, пока, наконец, он не объявлял, что увольняется.
За 14 лет брака Льюис доказал, что неспособен долго удержаться на одном месте. Его резюме было слишком объемным, а разброс перечисленных в нем профессий и мест работы – слишком велик. Предоставить хорошие рекомендации он тоже был неспособен. В конце концов его жена, долгие годы тянувшая семью на своих плечах, сказала: «Хватит!», подала на развод и, забрав ребенка, переехала в другой штат. Льюис всю свою жизнь принес в жертву привычки – слишком рано сдаваться.
«Вы не обязаны побеждать. Вы обязаны каждый день пытаться делать все, на что способны».
Мэриан Райт Эдельман
Жена Льюиса никогда не могла понять, почему ее муж так легко сдается. Поначалу она подозревала, что работа ему наскучивает; затем – что он просто избалован – особенно если учесть, что основные деньги в семье зарабатывала она. Однако во время психотерапевтического сеанса она осознала, что его проблема лежит гораздо глубже. Суть ее в том, что психолог Мартин Селигман назвал «усвоенной беспомощностью».
В детстве Льюиса избаловали мать и бабка. Вместо того чтобы учиться вставать, падать и снова вставать (об этом я подробнее пишу во Введении), он уяснил для себя другое: если он упадет, кто‑то обязательно его поднимет. В результате он так никогда и не выработал в себе навыков, необходимых для успеха. Он чувствовал себя беспомощным и неспособным двигаться вперед. Неудивительно, что и в брак он вступил с дочерью алкоголика – женщиной, с детства привыкшей всем во всем потакать и сглаживать все возникающие проблемы. (Пары часто складываются на основе взаимного влечения к неврозам друг друга.)
Следует отметить, что существует большая разница между той ситуацией, когда вы сдаетесь слишком рано, и той, когда вы принимаете решение откупиться малой кровью и уволиться, пока не поздно (подробнее – см. главу «Бессмысленная верность компании»). Решив отделаться малой кровью, вы принимаете разумное решение уйти, поскольку все ваши усилия спасти ситуацию недостаточны и вам пора спасать собственную шкуру. Но если вы сдаетесь слишком рано, вашим решением руководит не разум, а страх – страх ответственности. Возможно, вы боитесь успеха; боитесь, что у вас не хватит сил довести дело до конца.
Также важно помнить, что любая работа – это средство достижения определенных целей. Льюис не смог понять, что, работая, он выполняет часть своего брачного контракта. Какой бы скучной или неприятной ни представлялась ему работа, на нем лежала ответственность – приносить деньги в семью. Он позволил своим настроениям возобладать над тем, что было для него самой главной ценностью в жизни.
Сдаваясь слишком рано, вы ставите себя в опасное положение. Льюис слишком буквально воспринял поговорку: «Тому, кто не выносит жара, на кухне делать нечего». Он так и не понял, что, сбежав с кухни при малейших признаках тепла, он бросил всю свою жизнь в«непропеченном» состоянии.
«Очень часто посредственные во многих отношениях люди добиваются неслыханного успеха по вполне банальной причине: они, в отличие от умных и грамотных людей, не знали, когда именно надо сдаваться и опускать руки».
Джордж Аллен
Полезное пояснение . У вас меньше возможностей держать под контролем вероятный успех или провал, чем собственные попытки преуспеть или сдаться.
Необходимые шаги
1.Вспомните, когда вы в последний раз увольнялись. Оцените положительные и отрицательные последствия этого поступка.
2.Теперь взгляните на свое теперешнее положение и оцените потенциальные плюсы и минусы увольнения на данный момент.
3.Составьте список других доступных вам вариантов и для каждого из них перечислите плюсы и минусы.
4.Призовите на помощь кого‑нибудь, кто будет объективен и открыт и поможет вам здраво оценить ситуацию. (Нелишним будет попросить этого человека вместе с вами пройтись по предыдущим двум пунктам.)
5.Если вы склоняетесь к тому, чтобы уволиться, спросите себя – почему? И почему именно сейчас? Насколько состоятельны ваши доводы? Может, вы просто надеетесь избежать чего‑то неприятного, например скуки или неловкости?
6.Если вы решили остаться, попросите о помощи и поддержки у кого‑нибудь, на кого можете рассчитывать.
Глава 18
Жаргон
«Нельзя писать о людях из учебника, как и нельзя использовать жаргон. Говорить надо ясно и просто, таким языком, чтобы было понятно и шестилетнему ребенку, одновременно наполняя повествование смыслом, подтекстом и лексическими нюансами, привлекательными для самого продвинутого интеллекта».
Кэтрин Энн Портер
В 1995 году, когда я был советником со стороны обвинения на печально известном процессе над О.Джей Симпсоном, я наглядно убедился в том, какой вред может нанести злоупотребление жаргоном. Обвинение планировало предъявить основанные на пробах ДНК улики, полученные после обследования перчаток Симпсона и его автомобиля. Научные термины – «аллели», «маркеры», «титры» – так и летали по залу, запутывая присяжных.
Обозревавший процесс журналист Vanity Fair Доминик Данн счел нужным процитировать мое тогдашнее высказывание: «И юристы, и журналисты каждый день начинают с того, что опасливо, как Бэмби, пробираются сквозь чащу ДНК‑улик. В результате к концу каждого дня они и в самом деле напоминают Бэмби – которого огрели по голове толстенным томом «Энциклопедия Британика».
Прекрасно помню, какое выражение появлялось на лицах присяжных, когда обвинитель пускался в анализ научных тонкостей, связанных с уликами. Некоторые из них выглядели откровенно сбитыми с толку, но большинство, хмурясь и кивая, изо всех сил напрягались, пытаясь вникнуть в смысл речи обвинителя – или хотя бы не заснуть. Мне было ясно, что их смущает незнакомая и сложная научная терминология. Сторона обвинения приложила титанические усилия, чтобы представить безупречную научную базу своей аргументации, однако верх одержал адвокат Симпсона, Джонни Кокран,– он поднял над головой окровавленную перчатку и просто сказал: «Перчатка на руку не лезет – О.Джей в тюрьму не едет». И эта простота привела к оправдательному приговору.
Я не собираюсь здесь обсуждать, виновен Симпсон или нет. Но я убежден, что использование жаргона не столько впечатляет людей, сколько их раздражает.
Jargon (jäŕgon)
1.Непонятный, неразборчивый или бессмысленный говор.
2.Гибридный язык или диалект; пиджин.
3.Язык обособленной социальной группы, профессии или сообщества.
4.Устный или письменный язык, обладающий необычным или вычурным словарем, запутанной грамматикой и неопределенным смыслом.
Словарь американского культурного наследия английского языка.
Жаргон – не форма общения, а форма устрашения. Я не имею в виду диалект, то есть язык, используемый для взаимного общения людьми, принадлежащими к определенному географическому региону или социальной группе (например, жителями Луизианы или подростками). Я также не имею в виду узкоспециальный язык, который люди определенной профессии (скажем, врачи «Скорой помощи») используют в определенной ситуации.
В худшем своем проявлении жаргон – это язык, используемый для того, чтобы запугать или скрыть правду от слушателя. Жаргон – инструмент, который часто используют для того, чтобы убедить вас расстаться со своими деньгами (все автомеханики, продавцы техники, юристы, врачи и бизнес‑консультанты попадают в эту категорию, и многие журналисты делают себе карьеру, выводя их на чистую воду).
«Непонятный жаргон – признак профессии».
Кингман Брюстер
Разумеется, далеко не все пользуются жаргоном со столь низменными целями; для многих это просто одна из издержек профессии. Врачи и профессора, например, порой неспособны говорить просто, поскольку образование напрочь отбило у них эту привычку.
Мне на всю жизнь запомнился случай, который произошел, когда я был студентом‑третьекурсником и проходил онкологическую практику в бостонской клинике для ветеранов. Именно этот случай сподвиг меня избрать профессию психиатра. Мы – студенты, интерны, ординаторы – совершали обход пациентов и дружно обсуждали их состояние, зачастую прямо в палате.
Помню, мы остановились возле койки мистера Акерсона и разговаривали между собой, не обращая на него ровно никакого внимания. Онколог утверждал, что ему необходим еще один курс химиотерапии. Радиолог был уверен, что пациенту нужна лучевая терапия. Хирург настаивал на операции. Каждый приводил доводы в пользу своей специальности. Так и не придя к единому мнению, мы ушли.
На следующий день мы снова зашли в палату мистера Акерсона, возобновляя вчерашний спор о наилучшем направлении лечения. Но нас перебила медсестра: «Вы разве не слышали? Мистер Акерсон в морге – вчера вечером он спрыгнул с крыши».
Мы замолкли. Очевидно, мистеру Акерсону требовалось нечто большее, чем просто медицинский жаргон. Представители самых разнообразных профессий имеют привычку говорить на своем языке, забывая о том, что все остальные совершенно не понимают, о чем они ведут речь. Характерный пример – компьютерщики. Чем иначе объяснить тот факт, что в большинстве компаний на IT‑отделы смотрят как на отдельную страну? Распространенные технические термины («WiFi», «открытая система», «точка. net» и так далее) вселяют суеверный ужас в сотрудников, которые просто хотят, чтобы их компьютер работал без сбоев. Для всех остальных технический жаргон компьютерщиков – китайская грамота, но никто не желает выставлять себя дураком, попросив объяснить значение того или иного слова.
Кстати, жаргон вовсе не обязан состоять из длинных слов – он также может быть просто неясным языком. Особенно склонны злоупотреблять им главы компаний: они бросаются такими выражениями, как «миссия компании», ее «культура», «видение» и«ценности», не разъясняя, что конкретно имеют в виду. В итоге подчиненные ни в малейшей степени не представляют, куда движется компания, хотя и стараются усердно кивать – так, на всякий случай.
Откуда берется потребность говорить на жаргоне? По сути, все дело в сохранении ложного чувства власти: вы пользуетесь жаргоном тогда, когда опасаетесь, что окружающие вас раскусят. Более того, мы сами потакаем подобному поведению других людей, опасаясь показаться глупыми. Однако все это не дает ни вам, ни кому бы то ни было еще права засыпать слушателей горами лингвистического мусора.
Полезное пояснение. Если вам важно, чтобы окружающие вас поняли, то говорите внятно.
Необходимые шаги
1.Обратите внимание на язык тела слушателя. Жаргон – форма разговора, при которой вы не слушаете своего собеседника (подробнее я описываю это в главе «Говорите, но не слушаете»). Он постарается сделать вид, будто понимает вас, говоря «ага» или «ясно» тоном ложного понимания. Во время разговора он слегка отстранится от вас.
2.Вместо того чтобы спрашивать, есть ли у собеседника какие‑нибудь вопросы (большинство скажет «нет», даже если это не так), попросите его сказать вам, что он понял из ваших объяснений. Лучше потратить время сейчас, чем позже, когда выяснится, что он не уловил чего‑то действительно важного.
3.Следите за результатами. Если начальник, подчиненные или коллеги делают явно не то, чего вы ожидали, возможно, дело в том, что они просто не поняли, что вы хотели им сказать. Проверьте свои догадки, сказав: «Возможно, я не совсем ясно выразился». Скромный тон окажет вам большую услугу – люди зауважают вас, увидев, как вы стараетесь.
4.Найдите себе напарника, который тоже склонен злоупотреблять жаргоном и подобно вам стремится улучшить свои навыки общения. Отведите его в сторонку и признайтесь, что вы пытаетесь избавиться от жаргона в своей речи и, как вам кажется, он пытается делать то же самое. Попросите его следить за вашей речью, взамен пообещав следить за его.
Глава 19
Беспокойство о чужом мнении
«Беспокойся понемногу каждый день и за жизнь потеряешь пару лет. Если что‑то идет не так, исправь это, если можешь. Но приучи себя не беспокоиться. Беспокойство ничему не помогает».
Мэри Хемингуэй
Вооруженная дипломом бакалавра и сертификатом помощника юриста, 23‑летняя Фания была просто в восторге, получив место в крупной юридической фирме. Как ей казалось, это был важный шаг на пути к блестящей юридической карьере. Преисполненная энтузиазма, готовая проявить себя с наилучшей стороны, она с головой погрузилась в работу. Сдавая начальнику свой первый исследовательский проект, она не знала, какого ожидать отклика, но надеялась на лучшее.
Но он, насколько возможно нейтрально и объективно, сказал, что она допустила серьезный просчет и что, по его мнению, работу надо переделать, взглянув на проблему с другой точки зрения. Он полагал, что она воспримет его слова спокойно и возьмется за дело. Однако для Фании его слова были как удар обухом по голове. Ее самооценка рухнула. Она махнула на себя рукой и не стала даже пытаться переделать работу, опасясь новой критики в свой адрес.
Бедняжка! При всем своем уме она оказалась крайне уязвима к чужому недовольству (или, точнее, к тому, что ей представлялось недовольством) в свой адрес. Подобное состояние психологи называют термином «гипербдительность». В голосе шефа она начала улавливать унижающие ее нотки. Ей казалось, что коллеги сбиваются в группки, напрочь игнорируя ее. «После того как Джон раскритиковал мою работу, я чувствовала себя так, словно все смотрят только на меня,– жаловалась она мне.– Мне чудилось, что коллеги собираются в кружок и у меня за спиной перемывают мне кости. Я начала себя вести как настоящий параноик». Не уверенная в собственных решениях и в своей работе, она создала самореализующееся предсказание. Чем чувствительнее к критике она становилась, тем сильнее страдало качество ее работы. Дело дошло до того, что босс начал сомневаться, правильно ли он поступил, приняв ее на работу.
В корне проблемы, с которой столкнулась Фания, лежит сложная, но не такая уж редкая реакция, которую у многих из нас вызывает «семья», сложившаяся на рабочем месте. Что касается Фании, то она проецировала чувства, которые испытывала к своему отцу, на начальника, а чувства к бывшим одноклассникам – на коллег (подробнее об этом см. Введение).
Отец Фании был требовательным, суровым и скупым на похвалу человеком. Ей казалось, что, как ни старайся, максимум, на что можешь рассчитывать в качестве одобрения,– это неохотное, сквозь зубы, хмыканье. Она приносила домой почти идеальный дневник, а он тыкал ее носом в единственную четверку, не обращая никакого внимания на многочисленные пятерки, стоившие ей таких трудов. В результате Фания росла с постоянным чувством, что она что‑то делает не так, как надо, хотя на самом‑то деле она все делала практически идеально. Она успевала в школе, но похвалы учителей значили для нее меньше, чем насмешки более популярных, хорошо одетых и спортивных одноклассников, которые считали ее «ботаником».
«Честную критику выслушивать трудно не только от посторонних, но и от родных, знакомых или друзей».
Франклин Джонс
Дети, растущие в семье, где родители не хотят или не могут слушать их (по любой причине – эгоизм, депрессия, алкоголизм), страдают от постоянного чувства вины («Я не стою того, чтобы на меня обращали внимание») и собственной беспомощности. Пренебрежение родителей они рассматривают как подтверждение того, что не заслуживают любви и внимания. Это очень сильные чувства, но при всей своей силе они не имеют никакого отношения к реальному положению дел. Их можно и нужно взять под контроль, потому что если мы будем обращать внимание только на чужие чувства (истинные или кажущиеся), то легко можем попасть в положение, при котором о нормальной работе вообще придется забыть.
«В поисках силы и уверенности я всегда смотрела вне, но на самом деле их источник – внутри нас. Они всегда там».
Анна Фрейд
Фания рассказала мне, что никогда не чувствовала себя достаточно компетентной, потому что ее отец и сам постоянно сомневался в своих способностях справляться со всеми обязанностями. Каждый его провал отдавался эхом в ее голове, и она чувствовала стыд. Чтобы перестать постоянно думать: «Что обо мне говорят другие?», вам необходимо отвлечься от негативных чувств и взглянуть на ситуацию в ином свете. Иначе говоря, вам надо объективно посмотреть на то, что с вами происходит, и отделить факты от ощущений. Для этого существует четыре способа:
1.осознайте, что в любой работе главное не вы, а ваши результаты. Начальника Фании волновала только ее способность предоставить качественный проект; его критика не носила личного характера. На самом деле любого начальника беспокоит только одно: чтобы вы сделали то, что обязаны сделать;
2.поймите, что, когда вы концентрируете внимание на том, что надо делать, вам нечего стыдиться или бояться;
3.научитесь распознавать «уловку‑22». Чем меньше вы уверены в себе, тем легче вам забыть о деле и начать думать о том, что думают о вас другие. Чем больше вы отвлекаетесь, тем меньше чувствуете уверенности в себе. Чтобы избежать подобной ситуации, культивируйте уверенность в себе, занимаясь делом, а не предаваясь пустым беспокойствам;
4.взращивайте уверенность в себе, оттачивая свое мастерство. Каждый из нас хоть в чем‑то лучше окружающих. Определив у себя такой навык или область знания (вполне возможно, что вы и работу получили благодаря этому) и оттачивая его до совершенства, вы станете более ценным сотрудником и к тому же обретете необходимую вам уверенность в собственных силах. Понимание того, что в чем‑то вам нет равных, очень полезно в те моменты, когда вам кажется, что вы ни на что не способны.
Полезное пояснение. Не путайте факты с чувствами.
Необходимые шаги
1.Сопротивляйтесь самоуничижительным мыслям . Каждый раз, когда вы делаете какую‑нибудь работу, и делаете ее хорошо, не стесняйтесь похвалить себя. И каждый раз, когда вы начинаете принижать себя, скажите себе: «Стоп! Ты все отлично сделал! Хватит заниматься самобичеванием!» Вам может помочь и такой прием: представьте себе, что вас хвалит кто‑то, кто всегда в вас верил.
2.Если вы ошиблись, не сдавайтесь. Вместо этого признайте, что никто не совершенен. Задайте себе вопрос: что бы вы сделали иначе, если бы могли начать то же самое дело заново? Запишите свой ответ.
3.Избегайте офисных сплетен . Когда кто‑то пытается поделиться с вами слухами, вежливо откажитесь, сказав что‑нибудь вроде: «Извини, дружище, но мне сейчас совершенно не до того».
4.Перечислите все ситуации, вызывающие у вас страх. Отчет о проделанной работе, необходимость попросить кого‑нибудь о помощи и тому подобное. Скажите себе, что надо надеяться на лучшее, но в любом случае сохранять спокойствие.
5.Не уходите в оборону . Если вы слышите о себе что‑то, сильно вас огорчающее, не бросайтесь в спор или в разговор, начинающийся со слов: «Да, но…» Вместо этого спросите: «Как вы считаете, что мне нужно делать иначе, чтобы продвинуться вперед?» (Подробнее об этом см. главу «Уходя в оборону»).
6.Поблагодарите собеседника за помощь. Поймите, что ваш начальник гораздо больше заинтересован в исправлении ситуации, чем в обрушивании на вашу голову всех казней египетских.